Елена Железнова из UFS IC: риск для крупных вкладов

Спасать банки в одиночку государству становится затратно, и ЦБ думает о введении «стрижки депозитов». Угроза принятия этого закона может привести к перетоку вкладов в госбанки.

Всю банковскую сферу всполошили новости о возможном введении механизма bail–in, так называемой «стрижки депозитов». Этот механизм предполагает, что вкладчиков банка, у которого возникли проблемы, принуждают отказаться от своих депозитов полностью или частично для покрытия дыры в капитале и обменять их на акции банка или долги, которые банк обещает погасить.

Тянуть не будут

Сейчас официально этот механизм не применяется: в России нет соответствующего закона. Замминистра финансов РФ Алексей Моисеев сказал, что закон будет готов только к середине 2017 года, хотя и такая перспектива заставляет вкладчиков и банкиров беспокоиться. И хотя нормативно–правовая база под bail–in потребует немало времени и усилий целого ряда ведомств, тянуть с ним вряд ли будут долго: ЦБ уже сейчас, по словам Алексея Моисеева, обсуждает этот вопрос и начнет писать закон уже через полгода.

Пока неизвестно, каких именно вкладчиков коснется механизм. У Минфина есть рабочий вариант — порог 100 млн рублей, который обсуждается с Центробанком. Моисеев заверил, что снижать этот порог точно не будут, в теории он может только вырасти вплоть до 1 млрд рублей. Также предполагается, что, скорее всего, «стрижка депозитов» затронет только юрлиц, однако вопрос по поводу физлиц тоже обсуждается.

«Стрижка депозитов» — неплохая альтернатива отзыву лицензии. И, хотя механизм bail–in массовая аудитория может воспринять как принуждение вкладчиков к спасению банков, крупные вкладчики будут иметь четко прописанные нормы и правила, как можно вернуть свой капитал, пусть и не сразу, а по мере восстановления платежеспособности и репутации банка, говорит территориальный директор «БКС Премьер» Вадим Исаков.

При этом, по мнению аналитика UFS IC Петра Дашкевича, для вкладчиков предпочтителен вариант конвертации депозитов именно в субординированный долг, так как в этом случае остаются реальные шансы на возврат денег, в отличие от акций не всегда публичных банков с явными проблемами, продать которые будет очень сложно.

Удар для рынка

Но по большому счету «стрижка депозитов» выгодна государству, но не вкладчикам и частным банкам. «Для вкладчиков этот механизм вряд ли несет какие–то выгоды: они получат миноритарный пакет в „упавшем“ банке. Все, на что они могут надеяться: что они станут акционерами на низком рынке, а меры по санации и возможная общая стабилизация рынков приведут к росту их пакета, и в итоге они смогут выйти из состава акционеров, зафиксировав прибыль», — говорит руководитель юридической службы банка «БФА» Павел Ильиных. Принятие закона о bail–in может усилить тенденцию по перетоку вкладов в подконтрольные государству банки и тем самым ускорить процесс сокращения числа небольших частных банков на рынке.

«Необходимо понимать, какой объем таких депозитов в каждом банке, что это за деньги и т. д. Но, так как такой статистики нет, мы это не можем оценить. Наверное, в каких–то случаях это может быть альтернативой крайним мерам, но, с другой стороны, непонятно, как крупные вкладчики отреагируют на такие инициативы — не увидим ли мы отток VIP–вкладов из банков второго эшелона, для которых эти риски наиболее ощутимы», — опасается советник председателя совета директоров Локо–Банка Константин Комиссаров. «Для российских частных банков это будет серьезным ударом», — добавил Павел Ильиных.